Ближний воздушный бой

Военно-воздушные силы /
В будущих агрессивных войнах, к которым готовятся империалисты и других капиталистических стран, авиации отводится важная роль не только при поддержке сухопутных войск и ВМС, но и при выполнении ею самостоятельных задач.

Одна из главных её задач — завоевание превосходства в воздухе, по мнению иностранных военных специалистов, должна решаться путем уничтожения самолётов противника как в воздухе, так и на аэродромах. При этом основным способом достижения такого превосходства считается поражение летательных аппаратов противника в воздушных боях.

Поэтому на страницах иностранной военной печати немалое место отводится анализу воздушных боёв на основе опыта локальных войн, чтобы сделать определённые выводы для учёта их при обучении лётного состава и создании новой авиационной техники.

Судя по сообщениям зарубежной печати, в агрессивной войне США в Индокитае и в войне 1973 года на Ближнем Востоке воздушные бои вели сверхзвуковые самолёты, оснащённые электронными системами поиска и прицеливания, а также управляемыми ракетами класса «воздух — воздух». В подавляющем большинстве эти бои были ближними (манёвренными), отличались скоротечностью, результативностью и велись в широком воздушном пространстве. Широта пространства, в котором развертывался бой, определялась относительно большой дальностью обнаружения целей бортовыми РЛС, а также значительным радиусом разворота сверхзвуковых самолётов.

Ближний бой обычно протекал в границах визуальной видимости и характеризовался применением пушек и УР небольшой дальности действия.

Успех в таком бою сопутствовал самолёту, обладавшему лучшей, чем у противника, манёвренностью и имевшему оружие, которое можно было применять при больших перегрузках. По мнению иностранных специалистов, тактические истребители и , широко использовавшиеся в последних локальных войнах, не полностью отвечали этим условиям. Первый — из-за недостаточной манёвренности, а второй — из-за низкой тяговооружённости. Пуск установленных на них УР ограничивался минимальной дальностью и допустимой перегрузкой, а стрельба из пушек была эффективной только на малых дистанциях до цели.

Ближние бои по виду и характеру отличались друг от друга. В каждом из них иностранные военные специалисты условно выделяли следующие этапы: сближение, занятие выгодного позиционного положения, атака, выход из боя.

Сближение начиналось с момента визуального обнаружения цели или получения лётчиком информации о её местоположении от наземного органа управления или от экипажа другого самолёта.

Лётчик мог иметь начальное тактическое преимущество только в том случае, если своевременно обнаруживал противника. В этих целях экипажи американских истребителей во Вьетнаме, действуя на большом удалении от своих аэродромов, получали сведения о противнике от самолётов дальнего радиолокационного обнаружения, дежуривших в воздухе. Израильские лётчики в войне 1973 года пользовались информацией, передаваемой с наземных пунктов системы оповещения.

Сближение характеризовалось быстротой сокращения расстояния до противника. Лучшими возможностями по сближению обладал самолёт с большим избытком тяги.

Сближение и атака цели с задней полусферы были одним из основных элементов тактики ведения боя. Каждый лётчик во время сближения стремился скрытно выйти на рубеж атаки и внезапно поразить противника. По сообщениям зарубежной печати, в последних двух локальных войнах в результате тактических приемов, при которых была достигнута внезапность, было поражено не менее половины всех сбитых в воздушных боях самолётов. Сближение с применением оружия на встречных курсах, как отмечается в иностранной печати, применялось в локальных войнах крайне редко из-за недостаточного времени для точного прицеливания.

Занятие выгодного позиционного положения происходило обычно в процессе сближения. Летчик после оценки воздушной обстановки стремился атаковать противника с задней полусферы. Для этого он сближался с ним под небольшим ракурсом или занимал положение ниже его для нанесения внезапного удара, или набирал большую высоту с целью получения преимущества в скорости. По данным зарубежной печати, во Вьетнаме и на Ближнем Востоке наибольшее распространение получили первые два варианта занятия исходного положения для начала боя.

Несмотря на предпринимавшиеся меры по обеспечению скрытности сближения, атакуемый часто замечал атакующего ещё до выхода его на рубеж действительного огня и предпринимал ответные действия. Если атакующий не отказывался от продолжения боя и пытался закончить сближение и завершить атаку, то ему оставалось надеяться на применение только пушек, поскольку условия для пуска ракет становились неблагоприятными.


Американские военные специалисты считают, что для уничтожения противника в воздухе истребителю необходимо сблизиться с ним на расстояние эффективного действия бортового оружия и выдерживать в течение определённого времени курсовой угол для точного прицеливания. Чем меньше дальность действия оружия, тем труднее соблюсти эти условия. Эффективное применение оружия возможно только в ограниченной зоне действительных атак, поэтому истребителю необходимо с первого раза с помощью соответствующего манёвра занять удобную для стрельбы (пуска ракет) позицию.

С учётом опыта, полученного в локальных войнах, за рубежом проводились специальные исследования по определению потенциальных возможностей самолётов в манёвренном бою. В частности, выявлялась возможность истребителей по занятию выгодного позиционного положения при завязке манёвренного боя (см. рисунок).

Завязка манёвренного боя
Завязка манёвренного боя

В исходном положении самолёты «А» и «Б» ставились в равные условия (см. рисунок, точки 1 и 1'). Дальность между ними соответствовала дельности обнаружения (Д обн.) их бортовых РЛС (50—80 км). Осуществив приборное обнаружение друг друга, лётчики начинали встречное сближение. Каждый из них стремился быстрее разогнать самолёт и обеспечить превосходство в тяге.

После установления визуального контакта с противником (точки 2 и 2') каждый пилот переходил к «завоеванию» начального тактического преимущества с тем, чтобы оказаться в роли преследователя. Для этого самолётам необходимо было за одно и то же время развернуться как можно на больший угол.

В начале разворота скорость самолёта «А» соответствовала числу М=1, а самолёта «Б» М=1,3. Самолет «Б» располагал большим запасом энергии. Стремясь перейти к скорости М=0,8 (на этой скорости независимо от типа самолёта достигается максимальная угловая скорость разворота), самолёт «Б» преодолел большее расстояние, чем самолёт «А», и изменил направление полёта на 80° (точка 3). Его противник за это же время развернулся только на 40° (точка 3') и оказался внутри виража первого самолёта (точка 4').

В точке 3 лётчик самолёта «Б» уже имел позиционное преимущество, но ещё не входил в область возможных атак. Чтобы занять положение в пространстве, удобное для применения оружия, ему необходимо было продолжать бой, сообразуя свои действия с манёвром противника. Если самолёты имели бы одинаковые манёвренные характеристики, то реализовать достигнутое преимущество кому-либо из них было бы сложно, поскольку запас энергии для разгона скорости или набора высоты они уже исчерпали.

Иногда в боевых условиях, как об этом сообщалось в зарубежной печати, лётчик-преследователь выключал форсаж и переводил самолёт на снижение, не теряя из виду противника. Этот манёвр позволял ему выйти внутрь разворота, а затем после атаки снизу открыть пушечный огонь. Применение в этом случае управляемых ракет из-за большой перегрузки и невозможности удержания противника в «захвате» было малоэффективно.

Нередко сложившиеся условия заставляли обороняющегося предпринимать активные действия с целью перехвата инициативы или выхода из боя. Летчик уменьшал поступательную скорость самолёта для резкого увеличения угловой скорости разворота. Если этот прием выполнялся неожиданно для противника (например, при выпуске воздушных тормозов), то атакующий проскакивал вперед, теряя тактическое преимущество. Оказавшись сзади и снизу атакующего, обороняющийся немедленно применял оружие или, пользуясь выходом из поля зрения противника, быстро снижался (пикировал), чтобы набрать скорость. Такой манёвр (в зарубежной печати он называется «провокационным») даже при успешном его выполнении требовал мгновенного использования преимущества. Если пуск ракет (стрельба из пушек) оказывался безрезультативным, то из-за потери энергии этот самолёт сам терял возможность активно продолжать бой.

Атака, по мнению зарубежных специалистов, является тем этапом манёвренного боя, когда самолёт выводится на рубеж применения оружия и лётчик осуществляет пуск ракеты или ведёт стрельбу из пушек. Положение рубежа зависит от характеристик систем оружия. Пуск управляемых ракет можно производить в более широком секторе, чем вести стрельбу из пушек. Иностранные лётчики выявили серьезные недостатки своих УР с радиолокационной системой наведения. Последние не могли поражать манёврирующие цели и имели ограничения по минимальной дальности пуска, которая должна обезопасить самолёт от осколков после взрыва ракеты, а также обеспечить время для входа ракеты в радиолокационный луч. Для УР минимальная дальность была определена не менее 1000 м.

Подсчёты, приведенные в зарубежной печати, показывают, что в войне 1973 года на Ближнем Востоке число самолётов, сбитых управляемыми ракетами и огнём из пушек, было примерно равным Это свидетельствует о том, что экипажи сбитых самолётов не были информированы с земли о неожиданных атаках и сами не обнаружили их или не сумели избрать правильную тактику защиты. Иностранные специалисты установили, что в ближнем бою манёвренную цель чаще всего можно поразить на дистанции, не превышающей 500 м. Это и послужило поводом для установки пушек вновь на все находящиеся на вооружении ВВС истребители.

Подводя итоги анализа результатов воздушных боев в локальных войнах, американский журнал «Эр форс» писал, что нет необходимости делать выбор между авиационными пушками и управляемыми ракетами. Обе системы оружия имеют свои преимущества и недостатки. Пушки являются недорогим и оперативным средством в применении, но имеют недостаточную эффективность поражения. По сравнению с пушками управляемые ракеты стоят дороже, они менее оперативны, но более манёвренны и способны поражать цели с большей результативностью. Поэтому истребитель воздушного боя должен оснащаться манёвренными управляемыми ракетами и встроенными пушками с высоким темпом стрельбы и начальной скоростью полёта снаряда около 1000 м/с.

В зарубежной печати сообщалось, что развитие ракет ближнего боя идет в направлении сокращения минимальной дальности пуска до 100 -200 м; увеличения автономности полёта, расширения зоны возможных пусков и уменьшения в ограничении пусков по перегрузкам. Именно такие требования предъявлялись к разработке УР R.550 (), (США), SRAAM (Англия).

Выход из боя считается за рубежом не менее сложным этапом воздушного боя, чем все остальные. Основанием для этого сложат сравнительно большие потери в самолётах США и Израиля, понесенные в результате ошибок в действиях лётчиков на этом этапе боя. Распространённой ошибкой было преждевременное начало манёвра для выхода из боя, которое позволяло атакующему продолжать преследование. Это вызывалось боязнью атакуемого подпустить противника на малую дальность, чтобы затем резким разворотом ему навстречу выйти из поля его зрения.

Не менее опасной ошибкой была самоуспокоенность лётчика после кажущегося окончания боя. Противник скрытно «набирал» преимущество во время «этой паузы» и готовил новую атаку. Американский журнал «Эр форс» по этому поводу писал, что «притупление бдительности являлось следствием пренебрежения к реальной обстановке в воздухе. Опыт показывает, что традиция прошлого поколения пилотов, постоянно ожидающих атаку со стороны потерянного из виду противника, должна сохраняться и в настоящее время».

Некоторые иностранные специалисты высказывают мнение, что манёвр для выхода из боя не должен выполняться, пока остается угроза нападения. При вынужденном выходе из боя лётчикам рекомендуется быстро уйти в безопасную зону по наикратчайшему маршруту. Но некоторые иностранные специалисты считают, что такой манёвр связан с полётом по прямолинейной траектории, на которой самолёт становится уязвимым от УР. Если лётчик попытается уйти от атакующего за счёт увеличения скорости, то вряд ли ему удастся оторваться от преследователя и уйти за рубеж досягаемости ракеты.

Таким образом, ближние манёвренные бои, по свидетельству зарубежной печати, играли важную роль в локальных войнах. Для ведения их требовалось высокое мастерство лётного состава.

Нередки были случаи, когда пилоты уклонялись от боя вообще или выходили из него после первой неудачной атаки. Причины в общем сводились к тому, что не всякий лётчик был готов к такому бою психологически, и не все истребители могли конкурировать по своим манёвренным характеристикам с самолётами противника. Поэтому в последние годы за рубежом разработаны новые методы подготовки лётчиков к ведению ближних воздушных боев и созданы истребители с высокими манёвренными характеристиками. В частности, в зарубежной печати давалось описание полигонов ВМС, где экипажи самолётов обучаются методам применения управляемых ракет. В ВВС США сформирована специальная эскадрилья, лётчики которой выступают за противника на учениях и тренировках.

Для решения задач по завоеванию превосходства в воздухе на вооружение авиационных частей ВВС США поступают самолёты F-15A , а в недалеком будущем появятся лёгкие истребители F-16 . В ВМС для этих целей имеется самолёт F-14A .

С целью оценки манёвренных характеристик и выявления направлений дальнейшего совершенствования самолётов, предназначенных для завоевания превосходства в воздухе, командование ВВС проводит экспериментальные воздушные бои. Один из таких боев между истребителями «Фантом» и «Томкэт» недавно был описан в американской печати.

На высоте 6000 м при скорости М=0,8 самолёт «Томкэт» отставал от «Фантома» на 250 м. Последний вошел в вираж со снижением и перегрузкой, соответствующей 6, а «Томкэт» начал его преследовать, стремясь удержаться внутри разворота и сохранить позицию, удобную для стрельбы. Это ему удалось за счёт автоматического изменения угла стреловидности крыла и лучшей аэродинамики. Затем противники поменялись местами. Преследуя «Томкэт» на вираже, «Фантом» оказывался с внешней стороны его разворота и проскакивал его всякий раз, как только тот резко увеличивал перегрузку для торможения. После этого самолёты заняли боевой порядок «фронт» и одновременно начали выполнять переворот через крыло с высоты 5500 м на скорости 650 км/ч. Пилоты стремились «потерять» как можно меньше высоты. Истребитель «Томкэт» при перегрузке 5 вышел из пикирования на высоте 4000 м, а «Фантом» с перегрузкой 6 оказался на 300 м ниже.

В заключение эксперимента самолёты состязались в манёвренности. «Фантом» был переведён в крутую спираль при полном форсаже и со скольжением. Перегрузка достигла 8, начался «бафтинг» и сваливание на крыло. Но и в этом случае при преследовании самолёта «Фантом» истребитель «Томкэт» сохранил тактически выгодное положение.

Однако этот экспериментальный бой на различных режимах и высотах полёта показал, что экипаж самолёта «Томкэт» не мог устойчиво следить за противником. Последний быстро выходил из зоны поражения огнём пушки, но при этом терял много энергии на некоординированные развороты, вследствие чего не был способен к перехвату инициативы. На восходящих манёврах «Томкэт» из-за большей тяговооружённости превосходил истребитель «Фантом».

Таким образом, из вышеизложенного следует, что американские лётчики и боевая техника тщательным образом готовятся к ближним воздушным боям. Но, судя по сообщениям иностранной печати, командование ВВС не отказывается и от боёв на дальних расстояниях. Свидетельством этого являются оснащение истребителей системами управления огнём бортового оружия на дальних дистанциях и поступление на вооружение УР дальнего действия.

Похожие записи

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.