Буржуазная социология на службе Пентагона

Общие военные проблемы /
Великая Октябрьская социалистическая революция, положив начало глубоким всеохватывающим социальным переменам привода к огромным изменениям на нашей планете. Сегодня существует и крепнет могучая мировая система социализма, которая оказывает главное определяющее влияние на ход исторического развития.

«Успехи социалистических стран,— говорится в постановлении ЦК КПСС «О 60-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции»,— убедительно говорят о том, что социализму принадлежит будущее. Напротив, капитализм — это общество, лишённое будущего. Он означает эксплуатацию трудящихся, социально-политический и духовный гнёт, безработицу, расовую и национальную дискриминацию, колониализм и неоколониализм. Он порождает глубокий моральный кризис общества, духовную деградацию, потребительское отношение к жизни, культ насилия, деформирующие личность».

С каждым годом теряя одну позицию за другой, империализм не слагает оружия в борьбе за собственное выживание, за возврат утраченного влияния в мире.

При этом растёт активность реакционных сил буржуазных государств, меняется тактика их действий. Наряду с интенсивными военными приготовлениями они ведут поиск новых путей и средств ослабления влияния идей социализма. Свои основные усилия в этом направлении апологеты империализма переносят на баррикады идеологического противоборства, особенностью которого в наши дни является тот бесспорный факт, что тенденция разрядки в межгосударственных отношениях отнюдь не ослабляет борьбу идём, а напротив, придаёт ей ещё более острый и напряжённый характер.

Пытаясь отвлечь широкие массы трудящихся своих стран от проблем, порождённых внутренними противоречиями капитализма, ультрареакционные круги, выражающие интересы военно-промышленных комплексов, опять вытаскивают на свет потрёпанный временем жупел «красной опасности», «военной угрозы» со стороны Советского Союза и государств социалистического содружества. Цель этих тщетных потуг ясна: деятели «ястребиного толка» вновь мечтают загнать свои народы в окопы «холодной войны».

«За всем этим, — отмечал в своей речи на торжественном заседании в городе-герое Туле Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев,— ощущается нажим наиболее агрессивных сил империализма, военных и военно-промышленных кругов, политиков, погрязших к антисоветизме, «ястребов», как их обычно называют на Западе. Именно по их заказу разведывательные органы, штабы и разные институты сочиняют пухлые доклады и трактаты, где вкривь и вкось толкуют о политике Советского Союза, о мерах, принимаемых им для укрепления обороноспособности И эта дезинформация, как по команде, разносится по всему миру телеграфными агентствами, печатью, радио и телевидением… Именно эти силы, действуя под лживым предлогом «советской угрозы», представляют агрессивную линию в международной политике наших дней».

Примечательно, что миф о так называемой «советской угрозе» распространяется каждый раз, когда милитаристским кругам нужно протащить более высокий военный бюджет или оправдать наращивание военно-политической активности агрессивных блоков, или, наконец, принять на вооружение какой-либо новый вид смертоносного оружия.

Современная действительность убедительно подтверждает истину марксистско-ленинской теории о неизменности агрессивной сущности империализма. И в какие бы «миролюбивые одежды» ни пыталась одеть его современная буржуазная наука, как бы ни старалась она приукрасить, замаскировать его истинное лицо, народам ясно, что угроза миру продолжает исходить от империалистических держав.

Неизменным спутником буржуазного общества является милитаризм. Он выступает как система, оказывающая непосредственное влияние на все сферы общественно-политической жизни капиталистических стран, и характеризуется разветвлённой густой сетью милитаристских и полумилитаристских учреждений и организаций, пытающихся пропитать агрессивным духом все социальные слои и классы буржуазного общества. В современных условиях продолжающаяся эскалация милитаризма вызывает усиление гонки вооружений, с каждым годом растут военные бюджеты крупнейших империалистических государств. Особенно зловещими выглядят в этом отношении замыслы Пентагона, заправилы которого планируют увеличить к 1981 году военные расходы до 157 млрд. долларов. Расходы министерства обороны в 1977 году также явились своеобразным рекордом — 32,8 млрд. марок, что почти на 1 млрд. марок больше, чем в предыдущем году, а общие военные расходы ФРГ в текущем году, как отмечается в иностранной печати, составит не менее 50 млрд. марок. В целом в странах Западной Европы, входящих в , за последние пять лет военные расходы более чем удвоились.

Пытаясь найти успокоительные аргументы для своих налогоплательщиков, буржуазные идеологи внушают трудящимся мысль о том, что гонка вооружений — это чуть ли не социальное благо, спасение от всех бед: безработицы, роста дороговизны и т. д. Подобные доводы В. И. Ленин называл болтовней «преданного милитаризму пошляка».

В области социально-политической милитаризм полностью сохраняет антикоммунистическую, антисоветскую направленность. Здесь к услугам Пентагона и дельцов военно-промышленного комплекса все средства массовой информации. Главная цель буржуазной пропаганды — нагнетание военного психоза.
Важным средством обоснования милитаристской политики, проводимой реакционными кругами империалистических держав, различного рода военных доктрин и теорий является современная буржуазная социология. Выполняя заказ господствующих классов, буржуазные социологи строят свои концепции с учётом изменившихся реальностей. Они концентрируют своё внимание прежде всего на фальсификации, искажении социальной сущности и истинных целей армий буржуазных государств.

Сосредоточением усилий буржуазной военной социологии является проблема сущности и места армии в политической структуре общества. Здесь можно выделить две концепции.
Суть первой заключается в обосновании положения о том, что армия не является государственным элементом и даже противостоит государству. Эта концепция родилась не сегодня. Противоречащий действительному положению вещей лозунг «армия вне политики» уже на протяжении десятилетий входит в арсенал средств, при помощи которых буржуазия обманывает широкие массы трудящихся.

Ещё в начале нынешнего столетия В. И. Ленин, разоблачая домыслы буржуазных социологов, пытавшихся утверждать, будто армия в капиталистическом государстве является институтом политически нейтральным, писал: «Армия не может и не должна быть нейтральной. Не втягивать армию в политику — это лозунг лицемерных слуг буржуазии… которые на деле всегда втягивали армию в реакционную политику...» (Полн. собр. соч., т. 12, с. 113).

Наглядным подтверждением ленинских слов явилась интервенция против молодой Республики Советов, когда вооружённые силы крупнейших империалистических государств, обученные и оснащённые на средства международного капитала, предприняли попытку уничтожить первое в мире государство рабочих и крестьян.

В современную эпоху реакционные внешние и внутренние функции империалистических армий проявляются с новой силой Достаточно сказать, что только за послевоенный период вооружённые силы США около 30 раз использовались в локальных агрессиях за пределами американской территории, десятки раз участвовали в подавлении выступлений прогрессивной общественности и негритянского населения США, борющихся за свои демократические права.

Тезис «армия вне политики» используется буржуазной социологией для прикрытия и обоснования как агрессивных акций империализма на международной арене, так и карательных операций против трудящихся самих капиталистических стран. Концепция деполитизации армии получила особенно широкое распространение на Западе в последнее время. Это связано с созданием в США и некоторых других капиталистических государствах наёмных профессиональных армий.

Решение о переходе вооружённых сил США на принцип комплектования на добровольной основе было вызвано стремлением американского военного руководства избавиться прежде всего от призывников, являвшихся носителями антивоенных настроений, составлявших значительное число «инакомыслящих» в американской армии. Вместе с тем нельзя не видеть, что подобная система комплектования объективно способствует ослаблению связей вооружённых сил с народом, с трудовыми слоями населения, усиливает их изоляцию от демократических, прогрессивных сил. Все это даёт буржуазным военным социологам повод утверждать, что такая армия не только изолирована от общества, но и практически полностью отделена от государства и других политических элементов общества, представляет собой замкнутую касту профессионалов, не преследующих никаких политических целей. Выражая взгляды сторонников данной точки зрения, американский журнал «Милитэри ревью» утверждает, что любой военнослужащий профессиональной армии руководствуется в своей деятельности единственным принципом «долг, честь, страна», а не какими-то политическими мотивами. Иначе говоря, речь идёт о новых попытках обосновать далеко не новую концепцию буржуазных идеологов, проповедующую принцип «армия вне политики».

По их мнению, роль военнослужащего в современной наёмной армии сводится лишь к приобретению им профессиональных военных навыков и бездумному исполнению приказов своих прямых начальников. Что касается вопроса о том, где, когда и против кого ему сражаться, то эту проблему за него будут решать те, кому «общество предоставило это право», то есть правящие круги, выражающие интересы монополистического капитала.

В частности, американская военная печать, стремясь обелить преступления, совершенные американской военщиной в Индокитае, не устаёт повторять, что армия всего лишь «выполняла приказ». При этом совершенно сознательно обходится молчанием то обстоятельство, что начав агрессивную войну в Индокитае и направив туда более чем полумиллионный экспедиционный корпус, американский империализм преследовал совершенно определённые политические цели, пытаясь силой оружия подавить национально-освободительные движения народов полуострова, сохранить свой контроль над этим важным в экономическом и стратегическом отношениях районом.

Стремления буржуазных социологов, пытающихся использовать процессы растущей социальной обособленности профессиональных вооружённых сил в целях обоснования тезиса «армия вне политики», не имеет под собой почвы. Как бы не менялись принципы комплектования буржуазных армий, их сущность и функции остаются прежними: захват чужих территорий, подавление революционных выступлений трудящихся, национально-освободительных и других прогрессивных движений, верное служение политике правящих классов.

Современная действительность неизменно подтверждает вывод марксистско-ленинской теории о том, что место и роль армии в политической организации государства определяется его социально-экономическим строем, господствующими общественными отношениями.

Сущность второй концепции, взятой на вооружение современными буржуазными социологами, сводится к попыткам доказать, что буржуазная армия полностью слита с государством, действует в интересах всех слоев общества. Не случайно в военной печати капиталистических стран в последнее время все чаще встречаются заявления о «единстве нации и армии», «объединении усилий ради достижения единой цели» и т. п. За подобными штампами совершенно отчётливо просматривается тенденция выдать цели эксплуататорских классов за интересы всего общества.

В качестве одного из аргументов, призванного, по мнению буржуазных военных социологов, доказать правомерность тезиса о «полном слиянии армии и общества» в капиталистических странах, нередко используется ими же самими сфабрикованный миф о «нивелировке и растущей социальной однородности вооружённых сил», о «единстве духовных интересов офицеров и рядовых, демократизации офицерского корпуса». Рассуждения подобного рода — это всего лишь ширма, за которой специалисты по подтасовке фактов пытаются скрыть антагонистические противоречия, сохраняющиеся в империалистических армиях, главным из которых является противоречие между офицерским корпусом, состоящим в основном из представителей эксплуататорских классов, и солдатской массой, подавляюшая часть которой выходцы из трудовых слоев населения.

Сегодня в полной мере сохраняет свою силу ленинская оценка офицерского корпуса современных капиталистических армий — «офицеры и генералы большей частью либо принадлежат к классу капиталистов, либо отстаивают его интересы» (Полн. собр. соч., т. 31, с. 459).

Достаточно сказать, что офицерский корпус США более чем на 90% состоит из представителей «высших», «выше средних» и «средних» слоев американского общества, т. е. выходцев из семей крупной и средней торгово-промышленной буржуазии, высокопоставленных военных, чиновников государственного аппарата. Американский журнал «Арми», характеризуя типичного слушателя американского военного колледжа, то есть ту категорию офицеров, которая занимает в последующем основную часть должностей старшего и высшего командного звена, указывает, что «это, как правило, сын бизнесмена, консерватор по своим взглядам».

В вооружённых силах Великобритании 70% офицеров составляют выходцы из слоёв потомственной аристократии и военщины. Генералы и полковники вооружённых сил ФРГ — это, как правило, представители имущих классов.

Важное место в исследованиях западных социологов занимают проблемы моральной и психологической подготовки военнослужащих империалистических армий к участию в боевых действиях. Внимание к этим проблемам заметно повысилось после поражения, которое потерпели американские вооружённые силы в Индокитае. В ходе этой агрессии со всей очевидностью выявились уязвимые места в моральном потенциале армии США, оснащённой самым современным оружием.

В период войны во Вьетнаме впервые в истории вооружённых сил США организованные формы приняло антивоенное движение. Для вооружённых сил США в целом в это время стал характерным процесс нарастания антимилитаристских настроений, участились попытки уклониться от воинской службы, случаи невыполнения боевых приказов. Общее число дезертиров в американской армии за годы этой военной авантюры превысило 500 тыс. человек. Война во Вьетнаме, по признанию американского журнала «Арми», поставила американскую армию на грань моральной катастрофы. Толчком к обострению этих явлений послужил разрыв между идеями и понятиями, искусственно внедряемыми в сознание солдатских масс, и постепенным осознанием ими несправедливости цели и характера войны со стороны США, своей роли и места в ней.

Однако социологи США совсем другими причинами объясняют провал этой американской военно-политической акции и нежелание значительной части молодых американцев в военной форме принимать участие в позорной авантюре. Например, по мнению американского военного социолога Ч. Москоса, одной из основных причин отказов солдат участвовать в боевых действиях и уклонения от военной службы являлась отправка солдат во Вьетнам на весьма длительный срок—12 месяцев. Сели бы этот срок был сокращён, утверждает он, то готовность солдат сражаться сохранилась бы на достаточно высоком уровне.

Делая такой вывод, Москос сознательно упускает из виду тот немаловажный факт, что в борьбу против участия США в войне во Вьетнаме в той или иной степени оказались вовлечены все слои американского общества, что многие военнослужащие, отправляемые в Индокитай, уже являлись носителями антивоенных настроений.

Другой причиной неудач американской армии во Вьетнаме Москос считает недостаточно высокую действенность пентагоновской системы идеологической обработки, её неспособность сформировать у солдат «правильное» представление о «своей роли в войне». По его утверждению, «солдат будет эффективно выполнять свои боевые функции лишь тогда, когда он твёрдо осознает свои обязательства перед системой, за которую он сражается». Находясь в плену буржуазного мировоззрения, Москос не желает видеть, что истинными причинами низкого морально-боевого духа солдат американской армии являются цели и характер захватнической, несправедливой войны, которую они вели во Вьетнаме. Что касается неспособности самой социальной системы дать военнослужащему идеалы, во имя которых стоит сражаться, то это заставляет военных руководителей крупнейших империалистических государств брать курс на дальнейшую активизацию идеологической обработки, совершенствование всей системы политического обмана людей, маскируемого псевдопатриотической и лжедемократической фразеологией.

На первый взгляд две вышеуказанные концепции имеют довольно существенные различия в содержании. Однако при ближайшем рассмотрении становится очевидным, что обе они служат одной цели: представить в выгодном для правящих классов свете функции и задачи современных империалистических армий, доказать их «позитивную» роль в с.временном буржуазном обществе.

Одной из сфер приложения усилий буржуазном в частности американской, военной социологии является область отношений между различными этническими группами внутри военной организации.

Столкновение между белыми и цветными солдатами, недовольство негритянских военнослужащих своим положением вызывают серьёзное беспокойство американского командования. Проблема эта ещё больше обострилась в связи с переходом комплектования американских вооружённых сил на принцип добровольности и большим притоком в армию негритянский молодели. Например, в отдельные месяцы доля негров среди зачисляемых на службу достигает 40%, в то время как они составляют лишь 13,5% американской молодёжи.

На основании рекомендаций ряда институтов, занимающихся исследованиями и в течение нескольких лет изучавших эту проблему, в пунктах дислокации американских войск были созданы специальные центры по изучению расовых проблем. Для сержантов и офицеров были организованы семинары по проблемам расовых отношений, быта введена в действие так называемая «программа равных возможностей». Несколько был увеличен процент негров среди младших офицеров и ceржантов. Эти меры позволили американскому командованию на какой то период времени приглушить расовую вражду, добиться некоторого снижения числа столкновений на расовой почве. Однако в целом проблема по-прежнему далека от решения. «Расизм,— по признанию американского военного журнала «Арми»,— всегда был и сейчас остаётся самой серьёзной и трудно разрешимой проблемой вооружённых сил США».

Разумеется, буржуазные социологи не хотят признать, что кардинальное решение проблемы лежит на путях ликвидации самой системы расового и социального неравенства и эксплуатации. Однако будучи ограничены рамками социального заказа буржуазии, на протяжении многих десятилетий искусственно разжигавшей расовую и национальную вражду, неизменно придерживающейся принципа «разделяй и властвуй», они сознательно искажают существо проблемы, делают именно те выводы, которые больше всего устраивают правящие круги.

Делу апологетики империализма служат также всевозможные домыслы буржуазных социологов относительно социальной природы, целей и сущности армий социалистических государств.

Буржуазная социология стремится поставить знак равенства между природой и предназначением вооружённых сил империализма, являющихся орудием агрессивной политики господствующих классов, и армиями социалистических государств, стоящих на страже мирного созидательного труда народа.

В качестве одного из тезисов, используемых буржуазной социологией, выступает положение о неизменной консервативной природе военной организации как таковой. При этом выводы о консерватизме и реакционности военной системы вообще тенденциозно переносятся на вооружённые силы стран социализма. В частности, эта точка зрения нашла сторонников среди западных социологов — участников VII Всемирного социологического конгресса.

Весь исторический путь Советских Вооружённых Сил опровергает домыслы буржуазной социологии. Рождённая великим Октябрём, армия нового, социалистического типа всегда служила делу прогресса. Яркое тому свидетельство — великая освободительная миссия Советской Армии, спасшей мир от коричневой чумы фашизма. Вопреки лженаучным измышлениям буржуазной социологии о якобы изменившейся классовой, политической природе и сущности социалистических армий выводы классиков марксизма-ленинизма по проблемам войны сохраняют своё значение для строительства Вооружённых Сил нашей страны и определения их функций в современную эпоху.
  • alldmi
  • 0
  • 0

Похожие записи

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.