Принципы ведения современной войны

Общие военные проблемы /
Внешнеполитическая инициатива, выдвинутая Генеральным секретарем ЦК КПСС, Председателем Президиума Верховного Совета СССР товарищем Л. И. Брежневым в Берлине, открыла реальную возможность предотвратить новый взлет гонки вооружений, встать на путь реального разоружения, сберечь и приумножить плоды разрядки и мирного сотрудничества. Прогрессивная общественность всего мира дает высокую оценку новым проявлениям миролюбия и доброй воли Советского Союза и других стран социалистического содружества.

Однако на Западе имеются силы, которые пытаются всячески приуменьшить значение советских инициатив и вопреки здравому смыслу продолжить курс на наращивание гонки вооружений и подготовку к войне. Они нагнетают атмосферу страха, усиливают военные приготовления, разрабатывают различные варианты военного нападения.

Так, например, в с недавнего времени оживились дискуссии насчет целесообразности нанесения «превентивного удара при определенных обстоятельствах стратегическими ядерными силами по военным объектам на территории Советского Союза». Высокопоставленные представители заявляют о том, что «теперь весь земной шар входит в сферу интересов ». Министр обороны Г. Браун в докладе конгрессу в феврале 1978 года отстаивал теорию скоротечной войны: «… упор на современную форму скоротечной интенсивной войны не является неожиданным. В современных условиях молниеносная победа может позволить избежать риска эскалации боевых действий до применения ядерного оружия».

Идея нанесения упреждающих ударов красной нитью проходит в уставах основных стран , находит отражение в боевой и оперативной подготовке вооруженных сил. Министр обороны Аппель, защищая американский план размещения в Западной Европе сотен ракет средней дальности действия, говорил об «эшелонированной угрозе Запада с помощью обычного оружия, тактического ядерного оружия и межконтинентальных ракет».

Каждому, даже не военному специалисту, легко понять, что это не просто слова. За ними стоят конкретные планы относительно войны, направленной против СССР и его союзников, экспансионистская и гегемонистская политика реакционных империалистических кругов.

В последние годы одно из центральных мест в военных исследованиях на Западе занимает разработка принципов ведения современной войны. Исследование этой проблемы носит не абстрактный, а прикладной характер. В его основу положены следующие политические и военно-стратегические установки: основные противники — для Североатлантического блока во главе с США — Советский Союз и другие страны социалистического содружества; главным театром войны является Европа; против Варшавского Договора могут быть развязаны всеобщая ядер- ная и ограниченная войны (война в Европе с применением обычного и ядерного оружия).

Командование считает, что принципы ведения войны должны соответствовать ожидаемому в 80-е и последующие годы состоянию военного дела и особенно развитию средств вооруженной борьбы, предусмотренному долгосрочной военной программой, принятой в мае 1978 года. Решение указанной проблемы позволит, по мнению американского и натовского руководства, изыскать способы и методы эффективного использования войск, гарантирующие достижение победы в войне.

В иностранной военной печати принципы ведения войны рассматриваются как основополагающие правила (положения, взгляды), которыми в ходе ее будут руководствоваться командования и штабы всех степеней. Считается, что они тесно взаимосвязаны и в зависимости от обстоятельств могут дополнять друг друга или находиться в противоречии, поэтому значение каждого будет меняться в соответствии с конкретной обстановкой. Подчеркивается, например, что применение даже тактического ядерного оружия может внести коренные изменения в условия ведения боевых действий и, следовательно, вызвать к жизни новые принципы или же существенно изменить содержание прежних. Поэтому здесь необходим творческий подход.

Военные специалисты Запада утверждают, что «если люди ведут войну, рабски соблюдая правила, то они проигрывают. При разумном же подходе эти принципы могут служить неким практическим эталоном для проверки оптимальности своих суждений».

На страницах зарубежной печати можно найти различные формулировки множества принципов войны. Однако в основном их приводится девять: определение цели, наступление, массирование сил и средств, экономия сил и средств, маневр, единство управления, безопасность, внезапность, простота планирования и управления.

Определение цели считается первым и основным принципом, так как без него вся деятельность командования и штабов теряет свое значение. Любые военные действия должны преследовать четко сформулированную, решительную и реально достижимую цель. В общей постановке вопроса целью войны в конечном итоге является разгром вооруженных сил противника. Исходя из этого устанавливаются задачи войскам, выделяются оптимальные силы и средства для их решения, намечается план действий и характер руководства. Правильно поставленная цель способствует выполнению задачи, а нерациональная — приведет к излишнему расходованию сил и средств, иногда к поражению. Поэтому каждый командир обязан понимать и четко представлять свою цель и сообразно с ней создавать замысел предстоящих действий.

Наступление, согласно установившимся взглядам в вооруженных силах США, является господствующим принципом во всех формах ведения боевых действий. Считается, что наступление необходимо для достижения решительных целей и обеспечения свободы действий. Оно позволяет проявлять инициативу и навязывать свою волю противнику, использовать его слабые места, устанавливать сроки и выбирать район для ведения боевых действий, эффективно влиять на быстроменяющуюся обстановку.

Оборона рассматривается в качестве вынужденной, временной меры, необходимой для создания благоприятных условий в интересах наступления или сохранения сил на отдельных участках фронта. Но и в обороне командир должен изыскивать возможность, чтобы захватить инициативу и добиться решения поставленных задач путем проведения активных наступательных действий.

Такое официальное определение этого принципа, принятое в США, разделяют командования вооруженных сил и других стран блока НАГО. Вместе с тем некоторые зарубежные военные теоретики ставят под сомнение его приемлемость в начальный период войны, особенно в Европе, где, согласно их утверждениям, противник превосходит объединенные вооруженные силы НАТО по численности войск и количеству обычного оружия и боевой техники. Высказываясь в пользу обороны в самом начале вооруженного конфликта, они приводят доводы, основанные главным образом на опыте войны 1973 года на Ближнем Востоке. По их оценке, внедряемые в войска перспективные системы обычного оружия и боевой техники обладают такой огневой мощью, которая в значительной степени увеличивает возможность изматывать противника в обороне и сохранять боеспособность своих войск для последующих наступательных действий. Считается, что современные средства позволяют обороняющемуся нанести поражение наступающим войскам противника, которые имеют трехкратное превосходство в силах и средствах.

Некоторые военные специалисты отдают предпочтение оборонительным действиям также в условиях применения ядерно'го оружия. По их утверждению, наступающий противник становится более уязвимым для средств массового поражения. В силу этого принцип наступления якобы не обеспечивает желаемого успеха в ядерной войне. Наступательные действия могут получить приоритет главным образом в тактическом звене. Они будут проводиться в основном подразделениями (силой не более батальона), с тем чтобы не создавать выгодную мишень для поражения ядерным оружием.

Большинство военных теоретиков на Западе, не отрицая эффективности новых обычных средств поражения, считают утверждения о превосходстве обороны несостоятельными и полагают, что внедрение подобных взглядов в практику может привести к непоправимым последствиям. При этом они ссылаются на опыт ограниченной войны на Ближнем Востоке (1973), который не дает веских оснований для пересмотра установившегося во время второй мировой войны соотношения наступления и обороны в пользу последней. Тем более что указанная арабо-израильская война продемонстрировала также возможность эффективного использования сугубо оборонительного современного оружия в интересах успешного ведения наступательных действий. На примере применения египетскими войсками ПТУРС и ЗУР в ходе наступления на Синайском п-ове специалисты блока НАТО отстаивают идею о том, что новые системы оружия и боевой техники в не меньшей степени способствуют повышению наступательных возможностей войск. Поэтому концепция приоритета обороны, по мнению этих теоретиков, является пагубной и не соответствует духу современной маневренной войны. Залогом успеха в вооруженной борьбе является «умелое сочетание тактической обороны с широкими наступательными действиями».

Многие специалисты на Западе не разделяют точку зрения на приоритет обороны также в ядерной войне, а в перспективе и в войне с применением высокоточного обычного оружия с большой поражающей способностью. Считается, что и в этих условиях принцип наступления станет доминирующим, что только в наступлении можно уничтожить врага, захватить инициативу, обеспечить необходимый моральный фактор в бою и психологические преимущества в войне.

Использование ядерного и перспективного обычного оружия вносит некоторые коррективы в принципы наступления. Например, по мнению военных специалистов США, в современных условиях особенно возрастает роль первых наступательных операций. В официальных руководствах указывается, что прежние американские планы мобилизации и усиления группировок на ТВД, рассчитанные на длительные сроки, сейчас нереалистичны с точки зрения сложившейся в настоящее время стратегической обстановки в Европе. Своевременные переброски сюда оружия и личного состава не могут компенсировать первоначальные неудачи. Теперь перед вооруженными силами блока НАТО ставится задача — обязательно выиграть первые операции (сражения) начального периода войны.

Американскую точку зрения о доминирующей роли наступления всецело поддерживает командование бундесвера. Оно исходит из того, что в современной войне необходимо «выиграть первое сражение» путем нанесения противнику значительных потерь в первые дни и даже часы войны на «самых передовых рубежах». При этом особо подчеркивается, что «первое сражение» — это не «короткая война», а серия продолжительных действий.

Отстаивая принцип наступления в войне и необходимость достижения победы в первом сражении, западные специалисты признают также, что весьма важно быть готовыми ко второму и последующим сражениям. Так, журнал «Милитэри ревью» на поставленный им же вопрос: «Можем ли мы предполагать, что победа в первом сражении означает, что второго сражения не последует?» — отвечает: «Этого сейчас однозначно сказать нельзя. Противник хорошо подготовлен к тому, чтобы и при первых значительных потерях сохранить возможность для очередных сражений. Поэтому маловероятно, что первая победа позволит избежать последующих военных действий. Следовательно, надо готовиться вести войну со многими сражениями».

Этот теоретический вывод, как подчеркивается в иностранной печати, практически реализуется командованием США путем развертывания и содержания на континентальной части и на заморских ТВД современных и сбалансированных сил в готовности к ведению операций на широком фронте в течение длительного периода времени без значительного первоначального усиления; поддержания в постоянной готовности мощной промышленной, тыловой и мобилизационной базы, способной обеспечить указанные силы.

Суть принципа массирования сил и средств, как определяется в официальных руководствах армии США, состоит в сосредоточении превосходящих сил в решающий момент на особо важных участках фронта в целях достижения успеха. Осуществление этого принципа связывается с обеспечением в первую очередь высокой мобильности и способности соединений и частей быстро сосредоточиваться в намеченных районах. Руководствуясь этим требованием с учетом других принципов войны, можно, имея численно меньшие силы, достичь значительного боевого превосходства на решающем направлении.

Принцип экономии сил и средств в классическом понимании означает сокращение сил на вспомогательных направлениях с целью обеспечения превосходства в решающем месте. В этом случае на определенных участках используются минимальные силы и средства. Основные усилия сосредоточиваются на главном направлении. В частности, в американских уставах рекомендуется в наступлении сосредоточивать основные усилия на узких участках, создавая на них соотношение сил 6:1, а в обороне — 1:3.

Обеспечение превосходства на главных направлениях, по мнению американских военных специалистов, требует определенного риска, умения одновременно вести различные виды боевых действий: наступление на главном направлении, оборону или даже отход на второстепенных участках.

Считается, что массирование и экономия сил и средств приемлемы как в обычной войне, так и в войне с применением ядерного оружия.

Маневр — существенная составная часть боевой мощи. Он способствует развитию успеха, обеспечению свободы действий и уменьшению уязвимости своих войск. Основной его целью является сосредоточение (или рассредоточение) своих сил и средств таким образом, чтобы поставить противника в невыгодное положение и тем самым добиться решительного успеха.

Вокруг вопроса о сущности и предназначении маневра в современной войне на страницах военной печати стран НАТО идет острая полемика. Некоторые военные теоретики, не отрицая значимости этого принципа, полагают, что как в наступлении, так и в обороне маневр следует осуществлять главным образом для того, чтобы обрушить огневую мощь на противника и измотать его силы. При маневре огневая мощь сосредоточивается прежде всего для физического уничтожения живой силы.

Другие специалисты, опираясь на опыт второй мировой войны и локальных войн последнего десятилетия, считают толкование маневра как ведения огня и движения с приоритетом первой его части необоснованным пересмотром истории и существа вопроса. По их мнению, значение маневра, обретшего в ходе второй мировой войны, особенно в борьбе с численно превосходящим противником, право «боевого средства», сейчас (в условиях резкого увеличения подвижности войск, дальнобойности и эффективности средств поражения) не только не уменьшается, но и значительно возрастает. Имеется в виду маневр в качестве конечной оперативно-стратегической цели, направленный на уничтожение отдельных группировок войск, создание для противника неожиданной и неблагоприятной оперативной обстановки. Огневая мощь в этом случае должна использоваться в основном для обеспечения такого маневра.

Для подтверждения своей позиции некоторые авторы ссылаются на опыт войны 1973 года на Ближнем Востоке, которая, по их мнению, преподала урок умелого сочетания мобильности, огневой и ударной мощи войск с целью создания для противника обстановки с непоправимыми последствиями. Наступление израильских бронетанковых и механизированных войск с преодолением Суэцкого канала явилось, как они утверждают, классическим примером применения маневра, с помощью которого израильтянам удалось застигнуть врасплох египетские войска, расстроить планы действий высшего военного руководства противника и фактически подорвать его волю к дальнейшему сопротивлению.

Маневр в качестве «боевого средства», подчеркивается в американской военной печати, будет господствующим з современной войне с применением как ядерного оружия, так и обычных средств поражения. Этим предопределяется ее подвижный характер с развертыванием военных действий одновременно на широком фронте и на большую глубину при отсутствии стабильной линии фронта.

Принцип единства управления, как считают военные специалисты США и НАТО, необходим для объединения усилий всех видов вооруженных сил и родов войск путем организации четкого взаимодействия и координации их действий для достижения конечной цели войны. Взаимодействие предусматривает совместные действия командных органов различных видов вооруженных сил, задачи которых определены вышестоящим командованием. Для его проведения на определенном этапе могут создаваться смешанные органы управления. Объединенное управление осуществляется в рамках единого общевойскового командования, то есть сосредоточением всей полноты власти в руках одной командной инстанции.

Принцип безопасности, по оценке западных теоретиков, состоит в сохранении боевой мощи вооруженных сил и включает: скрытые действия, чтобы исключить внезапное нападение противника и не допустить диверсий; охрану военных объектов; маскировку войск и техники; сохранение государственной и военной тайны; ведение контрразведки с целью затруднить или воспретить действия разведки противника.

К мероприятиям по обеспечению безопасности относятся также дезинформация, отвлекающие и демонстративные действия, обеспечение скрытности своих мероприятий. Части и подразделения обязаны соблюдать режим работы средств связи, радиолокационную маскировку, не допускать шаблона в действиях, сохранять непрерывность управления войсками как элемент обеспечения безопасности и т. д.

Однако данный принцип не предполагает проявления чрезмерной осторожности и не исключает разумного риска. Командование блока НАТО исходит из того, что риск на войне является неизбежным.

Внезапность, по мнению западных специалистов, при современных средствах вооруженной борьбы обретает доминирующее значение. Считается, что благодаря ей может быть достигнут успех вне зависимости от степени затраченных усилий.

Внезапность достигается путем нанесения ударов по противнику в таком месте или в такой момент, когда он этого не ожидает. В иностранной военной печати подчеркивается, что в этом случае не обязательно застать его врасплох, главное, чтобы он с большим опозданием определил истинные намерения противостоящей стороны.

К числу факторов, обеспечивающих внезапность, относятся: быстрота действий, использование неизвестных противнику сил и средств, эффективная разведка, разнообразие способов ведения боевых действий и комплекс мероприятий, предусмотренных принципом безопасности.

Принцип простоты планирования и управления, как считают зарубежные теоретики, вносит существенный вклад в успешное проведение сложных по своему характеру современных операций. Простой, понятный план и четкие, грамотные приказы и распоряжения уменьшают возможность недопонимания и неправильного толкования. Простота и ясность являются не самоцелью, а средством обеспечения единства усилий и наиболее эффективных действий. Сообразуясь с обстановкой, командир обязан проявлять гибкость и принимать простые по замыслу и удобные для выполнения решения.

Для обеспечения эффективности планирования и управления в ядер- ной войне следует учитывать необходимость согласования маневра с огневыми ударами, наносимыми по решению вышестоящих штабов, сложную систему обеспечения ядерными боеприпасами и разрешения на их применение.

Таковы, по взглядам зарубежных военных теоретиков, основные принципы ведения войны, которые официально приняты в вооруженных силах США и других стран НАТО. Они полностью соответствуют агрессивному духу современной военной доктрины США и натовской коалиционной военной стратегии, краеугольным камнем которых становится требование о готовности войск не к «гибкому реагированию» на действия противника, а к активным упреждающим действиям с самого начала вооруженного конфликта.

Направленность развития военной теории США и НАТО, как и осуществляемых в масштабе блока военных приготовлений, подчинена одной цели — подготовке войны против стран социалистического содружества, достижению над ними военного превосходства.

Это обязывает воинов Вооруженных Сил Советского Союза бдительно следить за происками милитаристов и быть в постоянной готовности совместно с воинами братских стран социализма надежно защитить революционные завоевания трудящихся.
  • alldmi
  • 0
  • ?

Похожие записи

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.